Ограничение личных прав и свобод

Гуманистическое обоснование необходимости разумного баланса интересов личности и государства основано на том, дозволение государству ограничить действие отдельных правы человека детерминировано необходимостью уравновесить прав отдельных граждан и интересов общества и государства в целом. Состояние свободы внутренне присуще человеку, у которого должны быть право и возможность строить свое поведение на основе собственного выбора, потребности, желания и других личных побуждений. Однако, включенность индивида с систему социальных связей подразумевает, что его свобода соприкасается со свободой других людей, находящихся с ним рядом. Из этого обстоятельства с необходимостью вытекают два следствия.
Во-первых, права и свободы личности должны быть закреплены на законодательном уровне и встроены в существующую систему социальных отношений при помощи системы норм, как этических, так и правовых. Во-вторых, реализуя свои права и свободы, человек неизбежно взаимодействует с другими лицами, что может привести к ситуации, когда свобода одного индивида одновременно будет означать нарушение прав другого субъекта. следовательно, должен быть предусмотрен механизм согласования и взаимного ограничения прав субъектов.
Как следует из конституционных и законодательных норм, ограничения прав и свобод личности могут выражаться: во временном запрете реализации права (обусловленным местом, временем или способом действия граждан или их групп, наличием гражданства иностранного государства, вида на жительство в иностранном государстве, счета в иностранном банке), во вторжении (вмешательстве) государственного органа в право (свободу); в лишении права; в обязанности; в ответственности. Конституция России исходит из аксиомы о том, что ограничения прав индивида необходимы (ч. 3 ст. 55), поскольку они являются инструментом согласования прав одного человека с интересами и правами других людей, общества, государства, а иногда и условиями осуществления государством своих функций. Ограничения, к примеру, позволяют вести борьбу с преступностью, в том числе противодействовать коррупции, экстремизму, терроризму, помогают обеспечивать общественный порядок при проведении публичных мероприятий.
Исходные конституционные правила установления ограничений всех прав и свобод личности содержатся в ч. 3 ст. 55, ч. 1 и ч. 3 ст. 17, ч. 2 ст. 19, ч. 4 ст. 15 Основного закона РФ. В своей совокупности эти конституционные нормы предполагают следующее:
–права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены только в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства;
– права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены исключительно федеральным законом;
–права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены только в той мере, в какой это необходимо для достижения вышеуказанных целей (принцип соразмерности);
– запрещается ограничение прав и свобод человека и гражданина по признакам социальной, расовой, национальной, языковой или религиозной принадлежности; ограничения прав и свобод человека и гражданина, устанавливаемые федеральными законами, должны соответствовать международным требованиям (стандартам) ограничений.
Приведенные конституционные принципы (условия, требования) можно рассматривать как своеобразную общую часть института ограничений прав и свобод личности, поскольку в соответствии с этими принципиальными, общими условиями должны устанавливаться ограничения всех прав и свобод человека и гражданина.
Так, например, свобода слова обладает большой значимостью для каждого человека, а потому государства и международные структуры обязываются защищать и обеспечивать право на свободу самовыражения. Здесь берёт своё начало следующий конфликт: используя свои права и свободы человек способен нарушать права и свободы другого, следовательно, необходим ввод ряда ограничений. Как пример, статья 29 Конституции Российской Федерации, в которой сказано: «Не допускаются пропаганда или агитация, возбуждающие социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду. Запрещается пропаганда социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства»
Как было отмечено, одним из системообразующих конституционных условий ограничения прав и свобод является требование о том, чтобы права и свободы личности ограничивались только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства (ч

. 3 ст. 55).
Принцип соблюдения определенной меры при введении и применении ограничений прав и свобод в науке конституционного права и в конституционно-правовой практике получил наименование «принцип соразмерности». Конституционный Суд России в 1998 г. обозначил его как «принцип соразмерности ограничений прав и свобод граждан социально значимым интересам и целям, закрепленным в Конституции РФ» и затем неоднократно подтверждал, что ограничения прав и свобод должны быть Конституционный Суд России в ряде своих решений сформулировал определенные концептуальные подходы к сущности и содержанию принципа соразмерности: ограничение является соразмерным, если оно вызвано исключительно необходимостью защиты социальных ценностей, перечисленных в ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, и иными средствами защитить указанные ценности невозможно соразмерны указанным в ч. 3 ст. 55 Конституции целям
Ограничение является соразмерным, если оно не приводит к утрате реального содержания права или свободы и для того, чтобы исключить возможность несоразмерного ограничения прав и свобод человека и гражданина в конкретной правоприменительной ситуации, устанавливаемое федеральным законодателем правовое регулирование должно содержать нормы, не допускающие расширительного толкования вводимых ограничений и, следовательно, произвольного их применения.
Таким образом, в конституционном смысле принцип соразмерности означает, что:
– меры (средства) ограничения прав и свобод должны быть строго обусловлены конституционными целями;
–применяемые ограничительные меры (средства) должны защищать социальные ценности, указанные в ч. 3 ст. 55 Конституции РФ;
– ограничительные меры (средства) не должны быть большими, чем это необходимо;
– степень ограничения конкретного права должна соответствовать той цели, ради которой устанавливается это ограничение;
– ограничение не должно посягать на основное содержание права, искажать его существо, создавать необоснованные препятствия для его реализации, парализовывать его реализацию;
– применяемые меры (средства) ограничения прав и свобод не должны приводить к несоразмерным, чрезмерным, избыточным ограничениям.
Рассмотрим пример ограничения личных прав на примере права на свободу передвижения, которое было подвергнуто ограничениям в связи с событиями пандемии covid-19.
В целях обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения Президентом России, В.В. Путиным, был подписан Указ «Об объявлении в Российской Федерации нерабочих дней» с 30 марта по 3 апреля 2020 года с сохранением за работниками заработной платы, а в апреле 2020 года Президент РФ подписал указ «О мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19)». Следует отметить, что принятие подобных указов в субъектах РФ в связи с эпидемией коронавируса вызвало серьезные дискуссии в юридических кругах. По мнению ряда юристов, столь масштабные ограничения могут вводиться законно только Президентом РФ в рамках особых правовых режимов чрезвычайной ситуации или чрезвычайного положения. С точки зрения руководителя Международной правозащитной группы «Агора» Павла Чикова, Федеральный закон от 21 декабря 1994 г. № 68 – ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» не предполагает тех ограничений, которые введены указом Мэра Москвы, поскольку никаких полномочий по ограничению передвижения, прекращению функционирования коммерческих организаций, самоизоляции в нем не предусмотрено. К тому же, сроки ограничений, предусмотренных в актах глав субъектов РФ, не установлены, что, по мнению некоторых авторов, делает их не соответствующими закону.
В рамках режимов чрезвычайного положения и чрезвычайной ситуации возможно существенное ограничение прав и свобод человека и гражданина