Особая природа задержания как меры процессуального принуждения

Меры процессуального принуждения, наиболее близкие по практической значимости, законодатель свел в единый раздел IV УПК РФ. Задержание подозреваемого регулируется нормами главы 12 УПК РФ.
Основная цель данной меры принуждения заключается в обеспечении нахождения лица «при уголовном деле», т.е. в условиях процессуальной доступности для производства с его участием следственных действий и иных процессуальных процедур, направленных на установление причастности данного лица к совершению преступного деяния и решение вопроса о возможности применения к такому лицу заключения под стражу либо домашнего ареста. Так, например, 7 декабря 2020 года Ж. задержан в порядке ст. 91, ст. 92 УПК РФ. 8 декабря 2020 года Ж. предъявлено обвинение в совершении преступлений, предусмотренных п. «а» ч. 1 ст. 213, ст. 264.1 УК РФ. 8 декабря 2020 года в отношении Ж. Пресненским районным судом г. Москвы избрана мера пресечения в виде заключения под стражу на 26 суток, то есть до 2 января 2021 года.
До настоящего времени ученые-процессуалисты не пришли к единому мнению по поводу процессуальной природы задержания подозреваемого. В российской уголовно-процессуальной науке сложились два основных подхода к сущности задержания подозреваемого. Согласно первому подходу, задержание – это исключительно мера уголовно-процессуального принуждения, состоящая в кратковременном лишении лица права на свободу и личную неприкосновенность посредством его содержания в изоляторе временного содержания (ИВС). Согласно второму подходу, задержание – это следственное действие, имеющее, кроме всего прочего, поисково-познавательный вектор и направленное на собирание (формирование) доказательств. По мнению А.А. Тарасова, процессуальная природа задержания двойственная: это и мера уголовно-процессуального принуждения, и следственное действие по собиранию доказательств. Согласно позиции С.Б. Россинского, задержание – это, во-первых, мера процессуального принуждения; во-вторых, процессуальная комбинация, т.е. комплекс определенных следственных и иных процессуальных действий; в-третьих, тактическая операция; в-четвертых, совокупность режимных мероприятий, связанных с помещением человека в ИВС.
По нашему мнению, задержание следует рассматривать как меру уголовно-процессуального принуждения, поскольку в данный момент это прямо предписано в законе; кроме того, задержание, как справедливо указывает Л.С

. Золочевская, имеет все-таки цели, отличные от следственных действий.
Законодательное понятие задержания дается в п. 11 ст. 5 УПК РФ, и, как следует из наименования данной нормы, оно относится к основным понятиям, используемым в этом кодексе. Согласно указанной норме, задержание подозреваемого – есть мера процессуального принуждения, применяемая органом дознания, дознавателем, следователем на срок не более 48 часов с момента фактического задержания лица по подозрению в совершении преступления. Согласно п. 15 ст. 5 моментом фактического задержания является момент производимого в порядке, установленном настоящим кодексом, фактического лишения свободы передвижения лица, подозреваемого в совершении преступления.
Редакция рассматриваемой статьи вызвала критические замечания со стороны ряда представителей уголовно-процессуальной науки. Так, указывается, что лицо до избрания меры пресечения не является подозреваемым: оно становится им после избрания (применения) меры пресечения или задержания. Следовательно, законодательные формулировки «основания задержания подозреваемого», «избрание меры пресечения в отношении подозреваемого» небезупречны.
Не случайно некоторые авторы используют для характеристики лица, которое фактически лишили свободы передвижения, термин «заподозренный». Думается, использование указанного термина, если лицо фактически лишено свободы передвижения, но уголовное дело не возбуждено, не решает проблемы обеспечения прав и законных интересов лиц, в отношении которых осуществляется уголовное преследование. Лицо, не признанное подозреваемым в установленном УПК РФ порядке до возбуждения уголовного дела, не обладает всем комплексом прав, предоставленных подозреваемому ст. 46 УПК РФ. В настоящее время всего насчитывается 11 таких основных прав подозреваемого, которые в целом позволяют осуществить свое главное право – защиту от обвинения.
Не спасает положение, хотя играет важную роль в обеспечении прав и законных интересов такого лица, его право пользоваться помощью защитника с момента фактического задержания лица, подозреваемого в совершении преступления