Особенности особого производства в корпоративных спорах

В соответствии со ст. 225.2 АПК РФ корпоративные споры подлежат рассмотрению арбитражными судами либо в исковом, либо в административном судопроизводстве.
Несмотря на это, практика свидетельствует о стремлении участников корпоративных правоотношений использовать и иные процессуальные возможности, в том числе особое производство.
Действующее арбитражное процессуальное законодательство понимает под особым производством исключительно производство по делам об установлении фактов, имеющих юридическое значение. Подаваемые субъектами корпоративных отношений в арбитражные суды заявления об установлении юридических фактов можно условно разделить на следующие группы:
1) установление фактов, связанных с деятельностью высших органов управления:
- об установлении факта правомочности повторного внеочередного собрания акционеров;
- об установлении факта проведения общего собрания акционеров;
- об установлении факта принятия на общем собрании акционеров решений по вопросам, включенным в повестку дня;
2) установление фактов, связанных с деятельностью исполнительных органов (совета директоров, единоличного исполнительного органа):
- об установлении факта одобрения советом директоров ОАО сделок купли-продажи принадлежащего ОАО пакета акций;
- об установлении факта истечения срока полномочий директора общества
- об установлении факта прекращения (неисполнения) функций единоличного исполнительного органа ООО;
- об установлении факта наличия полномочий директора ООО с 16 октября 2006 г. до момента принятия общим собранием участников ООО решения о прекращении полномочий;
3) установление фактов, связанных с реализацией прав и выполнением обязанностей участниками (акционерами);
- об установлении фактов о том, что заявитель не является участником (учредителем) ООО;
- об установлении факта выбытия из состава участников ООО;
- об установлении факта выхода из состава участников ООО с момента подачи заявления о выходе;
- об установлении факта выхода из состава ООО;
- об установлении факта исключения из числа участников ООО;
- об установлении факта перехода доли в уставном капитале ООО;
- об установлении факта неприобретения физическим лицом доли в уставном капитале общества;
4) не связанные с деятельностью органов управления и реализацией прав и обязанностей участников (акционеров) факты:
- об установлении факта надлежащей государственной регистрации изменений, внесенных в учредительные документы ООО общим собранием участников общества;
- об отсутствии в доверенности полномочий на участие и голосование на общих собраниях ООО.
Как верно отмечает А.В. Аргунов, появление таких разнообразных заявлений об установлении юридических фактов все чаще связано со злоупотреблением правами. Заявители преследуют цель получить решение суда, обладающего преюдициальной силой, в том числе для использования его в другом судебном процессе.
Принятие же арбитражными судами подобных заявлений к своему рассмотрению влечет целый ряд вопросов как практического, так и теоретического характера.
Прежде всего это вопрос подведомственности. Статья 30 АПК РФ определяет, что арбитражные суды рассматривают в порядке особого производства дела об установлении фактов, имеющих юридическое значение для возникновения, изменения и прекращения прав организаций и граждан в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.
Толкование ст. 262 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, ст. 30, ч. 1 ст. 218 АПК РФ позволяет заключить, что из всех дел особого производства только дела об установлении фактов, имеющих юридическое значение, могут рассматриваться арбитражными судами.
При этом необходимо учитывать, что ч. 6 ст. 27 АПК РФ относит корпоративные споры к специальной подведомственности арбитражных судов. Если исходить из подхода, что в делах особого производства "спор о праве" отсутствует, то положения ч. 6 ст. 27 АПК РФ применению не подлежат, поскольку корпоративные споры рассматриваются только в исковом или административном производстве (ст. 225.2 АПК РФ).
Из этого, в свою очередь, следует, что заявления об установлении фактов, имеющих юридическое значение, могут быть поданы субъектами корпоративных конфликтов как в арбитражный суд, так и в суд общей юрисдикции: в зависимости от того, кто будет являться заявителем или заинтересованным лицом (субъектный критерий).
В частности, возникает вопрос: какому суду подведомственны данные дела, если заявителем является гражданин, не являющийся индивидуальным предпринимателем (например, заявление подано участником ООО об установлении факта выхода из состава ООО)?
Суды уже столкнулись с указанной проблемой

. Например, еще задолго до принятия гл. 28.1 АПК РФ в Верховном Суде Российской Федерации было рассмотрено дело, в котором физическое лицо обратилось в суд с заявлением об установлении факта одобрения советом директоров ОАО "Варьеганнефтегаз" сделок купли-продажи принадлежащего ОАО "Варьеганнефтегаз" пакета акций ОАО "Варьеганнефть". Не погружаясь в содержание рассматриваемого спора, следует отметить, что Верховный Суд Российской Федерации рассмотрел данное дело и, отменив решения судов в связи с наличием спора о праве, оставил заявление без рассмотрения.
При этом в мотивировочной части нет ни слова о нарушении правил подведомственности. Тем самым фактически была признана возможность рассмотрения судами общей юрисдикции таких заявлений.
Формально арбитражные суды и после введения в действие гл. 28.1 АПК РФ не вправе рассматривать такие дела по субъектному критерию.
Однако отсутствие норм, регулирующих данный вопрос, является не более чем пробелом в процессуальном законодательстве. Принимая гл. 28.1 АПК РФ, в том числе правила о специальной подведомственности и исключительной территориальной подсудности корпоративных споров, законодатель преследовал цель сконцентрировать все возможные корпоративные споры юридического лица в одном арбитражном суде, не допуская возникновения коллизий подведомственности и, как следствие, конкуренции судебных актов.
В связи с этим следует признать правильной позицию арбитражных судов, которые, несмотря на формальное несоответствие субъектному критерию, принимают к своему рассмотрению требования корпоративного характера, заявляемые в порядке особого производства.
В отдельных случаях суды прямо указывают, что правила о специальной подведомственности корпоративных споров "должны применяться и при обращении заинтересованного лица с заявлением об установлении юридического факта, связанного с участием в хозяйственных товариществах и обществах, в случаях законодательного регламентирования возможности установления в судебном порядке соответствующих юридических фактов".
Вслед за подведомственностью возникает вопрос о подсудности заявлений, подаваемых участниками корпоративных конфликтов в порядке особого производства.
В соответствии с ч. 4.1 ст. 38 АПК РФ исковое заявление по корпоративному спору подается в арбитражный суд по месту нахождения юридического лица, указанного в ст. 225.1 АПК РФ. В отличие от этого, заявление об установлении фактов, имеющих юридическое значение, подается (по общему правилу) в арбитражный суд по месту нахождения или месту жительства заявителя (ч. 5 ст. 38 и ч. 2 ст. 219 АПК РФ).
Таким образом, в случае несовпадения места нахождения (жительства) заявителя и места нахождения юридического лица следует определиться с приоритетом норм о подсудности.
Каких-либо теоретических разработок по данному вопросу нет, однако полагаем, что в данном случае необходимо занимать позицию, аналогичную с подведомственностью, т.е. применяться должны правила ч. 4.1 ст. 38 АПК РФ.
Следующим принципиальным вопросом, возникающим при рассмотрении заявлений корпоративного характера в порядке особого производства, является давняя дискуссия по поводу спора о праве.
Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в 2004 г. сформировал основные принципы выявления спора о праве в таких делах.
Так, в п. 2 информационного письма ВАС РФ N 76 рассматривается пример применения особого производства в отношении корпоративного требования: конкурсный управляющий акционерного общества обратился в арбитражный суд с заявлением об установлении факта недействительности передачи дебиторской и кредиторской задолженности от акционерного общества иному юридическому лицу, оформленного протоколом заседания совета директоров акционерного общества